Главная Вулканы Дикий Гребень

Ссылки
 
Мониторинг


Навигация
Курильское озеро Ильинский
Вулкан Дикий Гребень. Библиография

Количество записей: 15
Страницы:  1
Holocene Volcanoes in Kamchatka. 2002.
Ponomareva V.V., Churikova T., Melekestsev I.V., Braitseva O.A., Pevzner M., Sulerzhitskii L. Late Pleistocene - Holocene Volcanism on the Kamchatka Peninsula, Northwest Pacific Region // Volcanism and Subduction: The Kamchatka Region. 2007. V. 172. P. 165-198. № 10.1029/172GM15.    Аннотация
Late Pleistocene-Holocene volcanism in Kamchatka results from the subduction of the
Pacific Plate under the peninsula and forms three volcanic belts arranged in en echelon manner
from southeast to northwest. The cross-arc extent of recent volcanism exceeds 250 km and
is one of the widest worldwide. All the belts are dominated by mafic rocks. Eruptives with
SiO2>57% constitute ~25% of the most productive Central Kamchatka Depression belt and
~30% of the Eastern volcanic front, but <10% of the least productive Sredinny Range belt.
All the Kamchatka volcanic rocks exhibit typical arc-type signatures and are represented
by basalt-rhyolite series differing in alkalis. Typical Kamchatka arc basalts display a strong
increase in LILE, LREE and HFSE from the front to the back-arc. La/Yb and Nb/Zr increase
from the arc front to the back arc while B/Li and As, Sb, B, Cl and S concentrations decrease.
The initial mantle source below Kamchatka ranges from N-MORB-like in the volcanic front
and Central Kamchatka Depression to more enriched in the back arc. Rocks from the Central
Kamchatka Depression range in 87Sr/86Sr ratios from 0.70334 to 0.70366, but have almost
constant Nd isotopic ratios (143Nd/144Nd 0.51307–0.51312). This correlates with the highest
U/Th ratios in these rocks and suggest the highest fluid-flux in the source region.
Holocene large eruptions and eruptive histories of individual Holocene volcanoes have been
studied with the help of tephrochronology and 14C dating that permits analysis of time-space
patterns of volcanic activity, evolution of the erupted products, and volcanic hazards.
Ponomareva Vera V., Melekestsev Ivan V., Dirksen Oleg V. Sector collapses and large landslides on Late Pleistocene–Holocene volcanoes in Kamchatka, Russia // Journal of Volcanology and Geothermal Research. 2006. V. 158. № 1-2. P. 117-138. doi:10.1016/j.jvolgeores.2006.04.016.    Аннотация
On Kamchatka, detailed geologic and geomorphologic mapping of young volcanic terrains and observations on historical eruptions reveal that landslides of various scales, from small (0.001 km3) to catastrophic (up to 20–30 km3), are widespread. Moreover, these processes are among the most effective and most rapid geomorphic agents. Of 30 recently active Kamchatka volcanoes, at least 18 have experienced sector collapses, some of them repetitively. The largest sector collapses identified so far on Kamchatka volcanoes, with volumes of 20–30 km3 of resulting debris-avalanche deposits, occurred at Shiveluch and Avachinsky volcanoes in the Late Pleistocene. During the last 10,000 yr the most voluminous sector collapses have occurred on extinct Kamen' (4–6 km3) and active Kambalny (5–10 km3) volcanoes. The largest number of repetitive debris avalanches (> 10 during just the Holocene) has occurred at Shiveluch volcano. Landslides from the volcanoes cut by ring-faults of the large collapse calderas were ubiquitous. Large failures have happened on both mafic and silicic volcanoes, mostly related to volcanic activity. Orientation of collapse craters is controlled by local tectonic stress fields rather than regional fault systems.

Specific features of some debris avalanche deposits are toreva blocks — huge almost intact fragments of volcanic edifices involved in the failure; some have been erroneously mapped as individual volcanoes. One of the largest toreva blocks is Mt. Monastyr' — a ∼ 2 km3 piece of Avachinsky Somma involved in a major sector collapse 30–40 ka BP.

Long-term forecast of sector collapses on Kliuchevskoi, Koriaksky, Young Cone of Avachinsky and some other volcanoes highlights the importance of closer studies of their structure and stability.
VONA/KVERT Information Releases. 2005.
Volcano observatory notification to aviation (VONA/KVERT). 2011.
Zaretskaya N.E., Ponomareva V.V., Sulerzhitsky L.D. Radiocarbon dating of large Holocene volcanic events within South Kamchatka (Russian Far East) // Radiocarbon. 2007. V. 49. № 2. P. 1065-1078.    Аннотация
Radiocarbon dating is widely used when studying recent volcanic activity in the Kamchatka Peninsula due to the abundance of organic matter that is associated with the volcanic deposits. Here, we present the results of 14C dating of major volcanic events within the active South Kamchatka volcanic zone. South Kamchatka includes 8 recently active volcanic centers (stratovolcanoes, calderas, and large craters) that have been erupting during the Holocene. Their tephras represent useful markers for both the southern part of the peninsula and the Northern Kurile Islands. Since these marker tephra layers facilitate stratigraphic and tephrochronological studies in this area, it was important to determine their ages. We have obtained 73 new individual 14C dates on paleosol, peat, charcoal, and wood associated with the marker tephra layers, then complemented these data with 37 earlier published dates and analyzed the resulting data set. We selected the reliable dates and then obtained average 14C ages of marker tephra layers. The details of these procedures, as well as brief descriptions of South Kamchatka Holocene eruptions and their tephra beds, are presented in the paper.
Апродов В.А. Вулканы. 1982. 367 с.
Мелекесцев И.В. Действующие и потенциально активные вулканы Курило - Камчатской островной дуги в начале XXI в.: этапы исследований, определение термина "действующий вулкан", будущие извержения и вулканическая опасность // Вестник КРАУНЦ. Серия: Науки о Земле. 2006. Вып. 7. № 1. С. 15-35.    Аннотация
Выделены и рассмотрены три этапа исследований действующих и потенциально активных вулканов Камчатки и Курильских островов – ранний (1700-1935 гг.), новый (1935-1962 гг.) и новейший (1962 г.- настоящее время). Дано новое, впервые научно обоснованное определение термина «действующий вулкан». Представлены модифицированные каталоги действующих и потенциально активных вулканов Камчатки и Курильских островов. Для типичных вулканов, находящихся в I и II стадиях развития, даны долгосрочный прогноз характера и параметров будущих извержений, связанной с ними вулканической опасности.

Three stages of study of active and potentially active volcanoes on Kamchatka and the Kurile Islands were distinguished: the anterior stage (1700-1935), the new stage (1935-1962) and the recent stage (from 1962 till present time).
This paper provides a new, for the first time scientifically based term of «active volcano». Updated catalogues display active and potentially active volcanoes of Kamchatka and the Kurile Islands. Here we propose a long-term forecast of behavior and parameters of impending eruptions and related volcanic hazards for the typical volcanoes of the 1st and the 2nd stages of evolution.
Мелекесцев И.В., Брайцева О.А., Пономарева В.В., Базанова Л.И., Пинегина Т.К., Дирксен О.В. 0-650 гг. - этап сильнейшего природного катастрофизма нашей эры на Камчатке // Вулканология и сейсмология. 2003. Вып. 6. № 6. С. 3-23.    Аннотация
Впервые выделен и описан этап сильнейшего в нашей эре многофакторного природного катастро-физма на Камчатке, датированный 0-650 гг. Его главными компонентами были: последние к настоящему времени катастрофические извержения (кальдерообразующее -240 г., объем пирокластики 18-19 км3, и субкальдерное -600 г., объем лавы и пирокластики 9.5-10.5 км3), которые сопровождались необратимыми изменениями рельефа на площадях в сотни км2 и оказали весьма негативное влияние на многие другие компоненты природной среды.; исключительно интенсивная активность других вулканов (извергалось не менее 75-80% всех действующих и потенциально активных вулканов Камчатки, произошли десятки сильных и катастрофических извержений); региональные катастрофические и сильные пеплопады; резкое, с большой амплитудой (от 1.5-2 до 12-15 м), тектоническое поднятие различных блоков на территории Камчатки; мощные землетрясения, сопровождавшиеся болыиеобъемными скальными обвалами, оползнями, сильными и частыми цунами. Допускается, что катастрофические события этого времени являются составной частью предполагаемого нами глобального этапа природного катастрофизма начала нашей эры.

We have identified, and describe in this paper, a phase of multifactor natural catastrophism that has been the greatest during our era in Kamchatka, to be dated 0-650 A. D. Its chief components were. The last catastrophic eruptions to have occurred (a caldera-generating one at about 240 A. D., the pyroclastics volume being 18-19 km3 and a subcaldera one around 600 A. D. with the volume of lava and pyroclastics 9.5-10.5 km3) which were followed by irreversible relief changes over areas of hundreds of square kilometers and have affected rather injuriously many other environmental components. An exceptionally intensive activity of the other volcanoes (at least 75-80% of all active and potebtially active Kamchatkan volcanoes were erupting, tens of large and catastrophic eruptions occurred). Regional catastrophic and large ashfalls. A sharp, large-amplitude (between 1.5-2 and 12-15 m) tectonic uplift of various blocks in Kamchatka. Large earthquakes accompanied by large-volume rockfalls, landslides, large and frequent tsunamis. The catastrophic events of that time are argued to have been part of a worldwide phase of natural catastrophism that we hypothesize to have occurred at the beginning of our era.
http://www.kscnet.ru/ivs/bibl/vulk/ob/st0-650.pdf [связанный ресурс]
Набоко С.И. Современные вулканы и газо-гидротермальная деятельность // Геология СССР. 1964. Т. 31. С. 303-372.
Новограбленов П.Т. Каталог вулканов Камчатки // Известия Государственного географического общества. 1932. Т. 64. Вып. 1. С. 88-99.
Пийп Б.И. Маршрутные геологические наблюдения на юге Камчатки // Труды Камчатской вулканологической станции. 1947. № 3. С. 89-135.
Пономарева В.В., Чурикова Т.Г., Мелекесцев И.В., Брайцева О.А., Певзнер М.М., Сулержицкий Л.Д. Позднеплейстоцен-голоценовый вулканизм Камчатки // Изменение окружающей среды и климата: природные и связанные с ними техногенные катастрофы. Том II. Новейший вулканизм северной Евразии: закономерности развития, вулканическая опасность, связь с глубинными процессами и изменениями природной среды и климата. 2008. С. 19-40.    Аннотация
Изменение окружающей среды и климата: природные и связанные с ними техногенные катастрофы. Том II. Новейший вулканизм северной Евразии: закономерности развития, вулканическая опасность, связь с глубинными процессами и изменениями природной среды и климата. М., Изд-во ИГЕМ; 2008, с. 19-40
Святловский А.Е. Атлас вулканов СССР / Отв. ред. Келль Н.Г., Пийп Б.И. 1959. 173 с.
Толстых М.Л., Наумов В.Б., Бабанский А. Д., Богоявленская Г.Е., Хубуная С.А. Химический состав, летучие компоненты и элементы-примеси расплавов, формировавших андезиты вулканов Курило-Камчатского региона // Петрология. 2003. Т. 11. № 5. С. 451-470.    Аннотация
Проведены исследования расплавных включений в минералах некоторых вулканов Курило-Камчатского региона. Изучены андезитобазальты и андезиты вулканов, расположенных в пределах Центральной Камчатской депрессии (вулканы Шивелуч и Безымянный), Восточно-Камчатского вулканического пояса (вулканы Авачинский и Карымский) и на о. Итуруп, Южные Курилы (вулкан Кудрявый). Кроме того, изучены базальты извержения 1996 г. Карымского вулканического центра и дациты вулкана Дикий Гребень (Южная Камчатка). Использованы методы гомогенизации расплавных включений и анализ закаленных стекол этих включений с помощью электронного и ионного микрозонда. Изучено более 260 расплавных включений в минералах из 31 образца вулканических пород. Установлено, что составы расплавных включений во вкрапленниках андезитов сильно варьируют по основности: содержания SiO2 меняются от 56 до 80 мас. %, причем с ростом кремнезема закономерно уменьшаются содержания Аl2О3, FeO, MgO, CaO и увеличиваются содержания Na2O и К2О. При этом большая часть (~80 %) стекол включений имеет дацитовый и риолитовый состав. Однако составы кислых расплавов (SiO2 > 65 маc. %), формирующих андезиты, существенно отличаются от таковых, образующих дациты и риолиты, по содержаниям ТЮ2, FeO, MgO, CaO и К2О. На всех изученных вулканах также были обнаружены высококалиевые расплавы (К2О = 3.8-6.8 маc. %) независимо от содержаний в этих расплавах SiO2; (диапазон от 51.4 до 77.2 маc. %), что свидетельствует об участии в процессе генерации магматических расплавов всего региона какого-то компонента, селективно обогащенного калием. Впервые установленное широкое разнообразие состава расплавных включений в одних и тех же вкрапленниках плагиоклаза из андезитов вулкана Безымянный свидетельствует о сложной истории кристаллизации этих вкрапленников и, соответственно, эволюции расплавов, приведших к формированию андезитов. По содержаниям летучих компонентов расплавы разных вулканов значительно различаются. Максимальные концентрации Н2О установлены в расплавах вулканов Шивелуч (от 3.0 до 7.2 маc. % при среднем значении 4.7 маc. %) и Авачинский (4.7-4.8 маc. %), более низкие концентрации - в расплавах вулканов Кудрявый (0.1-2.6 маc. %), Дикий Гребень (0.4-1.8 маc. %) и Безымянный (<1 маc. %). Концентрации хлора в расплавах также различны: минимальные значения определены в расплавных включениях в минералахвулкана Безымянный (в среднем 0.09 маc. %), максимальные значения - в расплавных включениях в минералах андезитов вулкана Карымский (в среднем 0.26 маc. %). Промежуточные значения концентраций хлора в расплавах (0.13-0.20 маc. %) установлены для вулканов Авачинский, Дикий Гребень, Кудрявый и Шивелуч. По флюидным включениям СО2 в плагиоклазах андезитов вулкана Шивелуч определено давление, равное 350-1600 бар, что соответствует глубине магматической камеры 1.5-6 км. Определены концентрации 17 элементов-примесей в стеклах расплавных включений в плагиоклазах 5 вулканов (Авачинский, Безымянный, Дикий Гребень, Кудрявый и Шивелуч). По характеру распределения содержаний этих элементов изученные расплавы близки между собой: для всех отмечаются относительные минимумы по Nb и Ti и максимумы по В, К, Be, Li. По величине отношений Sr/Y, La/Yb, K/Ti и Ca/Sr расплавы близки типичным магмам островных дуг, а их различия между собой обусловлены региональными геохимическими особенностями. Кривые распределения редкоземельных элементов свидетельствуют о различной степени дифференцированности расплавов: на вулкане Кудрявый они более примитивны, а на вулкане Шивелуч наиболее дифференцированы.




 

Рекомендуемые браузеры для просмотра данного сайта: Google Chrome, Mozilla Firefox, Opera, Yandex. Использование другого браузера может повлечь некорректное отображение содержимого веб-страниц.
 
Условия использования материалов и сервисов Геопортала

Copyright © Институт вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, 2010-2017. Пользовательское соглашение.
Любое использование либо копирование материалов или подборки материалов Геопортала может осуществляться лишь с разрешения правообладателя и только при наличии ссылки на geoportal.kscnet.ru
 
©Design: roman@kscnet.ru