Главная БиблиографияПо дате публикаций
 
 Библиография
Вулкан: Расширенный поиск

Выбрать:
Количество записей: 2076
Страницы:  1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104
 1995
Maximov A.P. Rheological burst as mechanism of andesitic pyroclastics formation // IUGG XXI Gener. Assemb.. 1995, Boulder, USA. 1995. P. B411
Melekestsev Ivan V., Ponomareva Vera V., Volynets Oleg N. Kizimen volcano, Kamchatka — A future Mount St. Helens? // Journal of Volcanology and Geothermal Research. 1995. V. 65. № 3-4. P. 205-226.    Аннотация
We studied the tectonic setting, morphology, geologic structure, history of eruptive activity and evolution of the composition of the erupted material of Kizimen volcano, Kamchatka, from the moment of its origination 11–12 thousand years ago to the present time. Four cycles, each 2–3.5 thousand years long, were distinguished that characterize the activity of the volcano. All of the largest eruptions were dated, and their parameters determined. We also estimated the volume and the mass of the erupted products, the volcanic intensity of eruption of material during periods of high activity, and the amount of material the volcano ejected at different stages of its formation. It has been shown that the evolution of the composition of the rocks erupted (from dacite to basaltic andesite) takes place as a result of mixing of dacitic and basaltic magma. It is suggested that future eruptions that may take place at Kizimen may be similar to those at Bandai (1888) and Mount St. Helens (1980) volcanoes.


Taran Yu.A., Hedenquist J.W., Korzhinsky M.A., Tkachenko S.I., Shmulovich K.I. Geochemistry of magmatic gases from Kudryavy volcano, Iturup, Kuril Islands // Geochimica et Cosmochimica Acta. 1995. V. 59. № 9. P. 1749 - 1761. doi: 10.1016/0016-7037(95)00079-F.    Аннотация
Volcanic vapors were collected during 1990–1993 from the summit crater of Kudryavy, a basaltic andesite volcano on Iturup island in the Kuril arc. The highest temperature (700–940°C) fumarolic discharges are water rich (94–98 mole% H2O and have δD values of −20 to −12%o. The chemical and water isotope compositions of the vapors (temperature of thirteen samples, 940 to 130°C) show a simple trend of mixing between hot magmatic fluid and meteoric water; the magmatic parent vapor is similar in composition to altered seawater. The origin of this endmember is not known; it may be connate seawater, or possibly caused by the shallow incorporation of seawater into the magmatic-hydrothermal system. Samples of condensed vapor from 535 to 940°C fumaroles have major element trends indicating contamination by wall-rock particles. However, the enrichment factors (relative to the host rock) of many of the trace elements indicate another source; these elements likely derive from a degassing magma. The strongest temperature dependence is for Re, Mo, W, Cu, and Co; highly volatile elements such as Cl, I, F, Bi, Cd, B, and Br show little temperature dependence. The Re abundance in high-temperature condensates is 2–10 ppb, sufficient to form the pure Re sulfide recently discovered in sublimates of Kudryavy. Anomalously high I concentrations (1–12 ppm) may be caused by magma-marine sediment interaction, as Br/I ratios are similar to those in marine sediments.

The high-temperature (>700°C) fumaroles have a relatively constant composition (∼2 mol% each C and S species, with SO2/H2S ratio of about 3:1, and 0.5 mol% HCl); as temperature decreases, both St and CI are depleted, most likely due to formation of native S and HCl absorption by condensed liquid, in addition to the dilution by meteoric water. Thermochemical evaluation of the high-temperature gas compositions indicates they are close to equilibrium mixtures, apart from minor loss of H2O and oxidation of CO and H2 during sampling. Calculation to an assumed equilibrium state indicates temperatures from 705 to 987°C. At high temperature (≈900°C), the redox states are close to the overlap of mineral (quartz-fayalite-magnetite and nickel-nickel oxide) and gas (H2OH2SO2H2S) buffer curves, due to heterogeneous reaction between the melt and gas species. At lower temperatures (<800°C), the trend of the redox state is similar to the gas buffer curve, probably caused by homogeneous reaction among gas species in a closed system during vapor ascent.
Taran Yuri, Yurova L.M. Volcanic-hydrothermal system of Baransky volcano, Iturup, Kurile islands // IUGG XXI General Assembley. 1995. P. VA41C - 6.
Адушкин В.В., Зыков Ю.Н., Иванов Б.А. Численное моделирование лавинообразного обрушения вулкана Корякский // Вулканология и сейсмология. 1995. № 6. С. 82-93.
Арискин A.A., Бармин А.А., Озеров А.Ю. Модель образования высокоглиноземистых магма Ключевского вулкана // Материалы конференции "Российской фонд фундаментальных исследований в Сибирском регионе. Земная кора и литосфера". Иркутск: 1995.
Арискин A.A., Бармина Г.С., Озеров А.Ю., Нильсен Р.Л. Генезис высоко-глиноземистых базальтов Ключевского вулкана // Петрология. 1995. Т. 3. № 5. С. 42-67.    Аннотация
Арискин А.А., Бармина Г.С., Озеров А.Ю., Нильсен Р.Л. Генезис высоко-глиноземистых базальтов Ключевского вулкана. // Петрология. Т.3, № 5, 1995, C. 42-67.
http://repo.kscnet.ru/id/eprint/3426 [связанный ресурс]
Богатиков О.А., Хренов А.П., Ховавко С.А., Мальцев А.Л. Состав, структура и оценка количества аэрозолей в эксплозиях вулканов центрального типа (Камчатка) // Геология и геофизика. 1995. Т. 36. № 8. С. 111-116.
Брайцева О.А., Мелекесцев И.В., Пономарева В.В., Кирьянов В.Ю. Последнее кальдерообразующее извержение на Камчатке (вулкан Ксудач) 1700-1800 14С-лет назад // Вулканология и сейсмология. 1995. № 2. С. 30-49.    Аннотация
Катастрофическое эксплозивное извержение, происшедшее 1700-1800 14С-лет назад на вулкане Ксудач - крупнейшее плинианское извержение нашей эры (18-19 км3 пирокластики: 15 км3 тефры, 3-4 км3 материала пирокластических потоков; размер кальдеры обрушения 4 x 6,5 км, объем полости 6,5-7 км3) и последнее кальдерообразующее извержение в Курило-Камчатском регионе с высотой эруптивной колонны, достигшей 23 км. По типу и параметрам оно сходно с извержением вулкана Кракатау в 1883 г. Ось пеплопада была направлена на север. Тефра прослежена на расстояние более 1000 км. Извержение началось как фреато-магматическое, затем процесс приобрел ритмический характер: в каждом ритме за первичным выбросом пемзовой тефры следовало формирование пирокластических потоков длиной до 20 км, сопровождавшихся пирокластическими волнами пепловых облаков. Продукты извержения имели риолит-дацитовый состав, который оставался неизменным в ходе извержения. На посткальдерной стадии, при формировании в кальдере конуса Штюбеля, на поверхность стал поступать андезитобазальтовый материал. Предполагается, что спусковым механизмом для начала извержения было внедрение свежей магмы основного состава и смешение ее с кислой магмой существовавшего ранее очага. Извержение должно было оказать влияние на климат и состояние озонового слоя Земли и найти отражение в виде кислотного пика в Гренландском ледниковом щите.

The largest Plinian eruption of our era and the latest caldera-forming eruption in the Kurile-Kamchatka region occurred 1700-1800 14C yr BP from the Ksudach volcano. This catastrophic explosive eruption is similar in type and characteristics to the 1883 Krakatau eruption. The volume of pyroclastics ejected was 18-19 km3, including 15 km3 of tephra and 3-4 km of pyroclastic flows. The eruptive column reached 23 km height. A collapse caldera was 4 X 6,5 km in size with a cavity volume of 6.5-7 km3. Tephra was deposited to the north of the volcano to a distance of more than 1000 km. Pyroclastic flows accompanied by ash cloud pyroclastic surges were as long as 20 km. The eruption was first phreatomagmatic, then it became rhythmic, and each rhythm began with the pumiceous tephra eruption followed by the pyroclastic flow formation. Erupted products were rhyolite-dacite remaining invariable during the whole eruption. At the post-caldera stage when the Shtyubel cone started to form within the caldera the basaltic-andesite material began to come to the surface. The driving mechanism of the onset of the eruption is suggested to be an intrusion of magma of basic composition and its mixing with acid magma from a previously existed chamber. The eruption had substantial environmental impact and may have produced a large acidity peak in the Greenland glacial shield.
http://repo.kscnet.ru/1109/ [связанный ресурс]
Горельчик В.И., Гарбузова В.Т., Дрознин Д.В., Левина В.И., Фирстов П.П., Чубарова О.С., Широков В.А. Вулкан Шивелуч: глубинное строение и прогноз извержения по данным детальной сейсмичности 1962—1994 гг. // Вулканология и сейсмология. 1995. № 4-5. С. 54-75.    Аннотация
На основании детальных сейсмологических наблюдений 1962—1994 гг. исследованы глубинное строение, геометрия сейсмофокального слоя, система магматического питания вулкана Шивелуч, особенности сейсмических проявлений в земной коре и верхней мантии в ходе экструзивно-эксплозивного извержения 1980—1994 гг., рассмотрены вопросы прогноза извержений. Показано, что под вулканом Шивелуч на глубинах 100—200 км сейсмофокальный слой падает под углом 70°. На основании выявленной взаимосвязи сейсмичности на глубинах 105—120 км с фазой экструзивного извержения вулкана в 1980—1994 гг. сделан вывод, что на глубинах не менее 100 км происходит выплавление первичных магм, периодически подпитывающих коровый очаг. Показано, что усиление экструзивно-эксплозивной деятельности вулкана предваряется и сопровождается увеличением числа и энергии вулканических землетрясений как непосредственно под куполом, так и в зонах коровых разломов северо-западного простирания. Описан методический подход, использованный при прогнозе наиболее сильного после 1964 г. извержения вулкана Шивелуч в апреле 1993 г. Дан среднесрочный прогноз возможного усиления активности вулкана в апреле — июле 1995 г.

Based on a detailed seismological observations from 1962 through 1994, the deep structure, focal layer geometry, magmatic feeding system of the Shiveluch volcano are investigated. Beneath the Shiveluch volcano, a focal layer deepens at an angle of 70 at depths of 100—200 km. Based on the established interrelation between the seismicity at depths of 105—120 km and a phase of extrusive volcano eruption in 1980 through 1994, a conclusion has been made that melting of primary magmas, periodically feeding the crustal chamber, occurs at depths at least 100 km. Increase of extrusive-explosive activity of the volcano is preceded and accompanied by the increasing number and energy of volcanic earthquakes both beneath the dome and in the zones of crustal faults of northwestern trend. A description is given of the methods used in the successful short-term prediction of the eruption in April 1993 which has been the most powerful since 1964. A mean-term prediction of possible increase of the volcano activity in April — July of 1995 is made.
Иванов А.И., Федотов С.А. О прорыве оболочки магматического очага // Вулканология и сейсмология. 1995. № 2. С. 3-13.    Аннотация
Рассмотрена задача об условиях нарушения сплошности среды, окружающей магматический очаг сферической формы, под воздействием избыточного внутреннего давления в нем. Условия нарушения сплошности формулируются на основе энтропийного критерия разрушения, построенного на базе модели ползучести, предложенной С. К. Годуновым. Найдены соотношения, определяющие критическую величину давления в очаге и время достижения критического состояния. Рассмотрены возможности применения этих результатов для прогнозирования вулканических извержений.

We consider a problem of disturbance of a continuous medium which surrounds a magma chamber or channel. This disturbance is caused by excess internal pressure in the magma chamber. We used Godunov's entropy criterion to estimate the value of the shear strain required. Relations were found to determine critical pressure in the chamber and the time needed to achieve the critical state. The zone of rocks which surrounds the magma chamber and which is located next the melting zone has to be fracturing-resistant.
Иванов Б.В. Петролого-геохимические особенности андезитов Карымского вулкана как индикаторы типов извержений // Вулканология и сейсмология. 1995. № 4-5. С. 85-94.
Иванов Б.В., Флеров Г.Б., Масуренков Ю.П., Кирьянов В.Ю., Мелекесцев И.В., Таран Ю.А., Овсянников А.А. Динамика и состав продуктов извержения Авачинского вулкана в 1991 г. // Вулканология и сейсмология. 1995. № 4-5. С. 5-27.
Карпов Г.А., Озеров А.Ю. Неистовый Безымянный снова активизировался // Дальневосточный ученый. 1995. № 22. С. 3
Кожемяка Н.Н. Долгоживущие вулканические центры Камчатки: типы построек, длительность формирования, объем вулканитов, продуктивность, баланс вещества, тектоническое положение // Вулканология и сейсмология. 1995. № 6. С. 3-19.    Аннотация
Уточнены имеющиеся в литературе и получены новые количественные показатели вулканических центров Камчатки с длительностью развития 350-700 ... 1500-2500 тыс. лет: общий объем вулканитов, средняя продуктивность, продолжительность формирования и др. Впервые рассчитан баланс вещества; оценены абсолютные объемы основных, средних и кислых пород и их соотношения в процентах от всей массы продуктов извержений. Получены расчетные средние показатели для камчатского долгоживущего центра в отдельных вулканических зонах и по региону Камчатки в целом. Выявлены главные вулканические и магматические центры с наивысшей суммарной продуктивностью. Показана решающая роль основных магм в вулканическом процессе и структурообразовании.

The following new quantitative indices have been obtained for the Kamchatkan volcanic centers with duration of development of 350-700 ... 1500-2500 thousand years; total volume of volcanics, average productivity, duration of formation, etc. Balance of substance has been calculated for the first lime: absolute volumes of basic, mean, and acid rocks and their ralios in percents of the whole mass of the eruption products. Calculative average indices have been obtained for the Kamchatkan long-lived centers both in separate volcanic zones and Kamchatka region as a whole. Principal volcanic and magmatic centers with maximum summary productivity have been revealed. The decisive role of basic magmas in volcanic process and structure formation is shown.
Мелекесцев И.В., Брайцева О.А., Пономарева В.В., Сулержицкий Л.Д. Катастрофические кальдерообразующие извержения вулкана Ксудач в голоцене // Вулканология и сейсмология. 1995. № 4-5. С. 28-53.    Аннотация
Реконструированы и датированы 14С-методом четыре плинианских извержения вулкана Ксудач, сформировавших три кальдеры обрушения: KCi и кальдеру V - 1700-1800 л. н.; КС2 + КС3 и кальдеру IV - 6000-6100 л. н.; КС4 и кальдеру III 8700-8800 л. н. Самым мощным было извержение KCi: 18-19 км3 пирокластики, высота эруптивной колонны до 23 км. Объем продуктов извержений КС2 + КС3 - 10-11 км3, КС4 - не менее 1,5-1,7 км3. Размеры кальдер: V - 4 X 6,5 км, IV - 5x6 км, поперечь III - предположительно 2-3 км. Вынос ювенильной пирокластики в ходе извержений было ритмичным. Каждый ритм начинался выбросом тефры, а завершался формированием пирокластических потоков. Состав продуктов варьировал от андезитов до риодацитов: КС2 и КС4 - преимущественно андезиты, КС3 - дациты и риодациты, KCi - риодацит. Предполагается, что "спусковой механизм" для начала всех кальдерообразующих извержений - внедрение свежей сильно нагретой магмы основного состава и смешение ее с остывающей кислой магмой существовавшего ранее очага. В соответствии со своими масштабами извержения должны были оказать влияние на климат и озоновый слой 3емли и найти отражение в виде кислотных пиков в Гренландском ледниковом щите.

Four Plinian eruptions from Ksudach volcano ha' been reconstructed and dated by the 14C method. Three collapse calderas formed as a resu of these eruptions: KSi and caldera V 1700-1800 yrs ago; KS2 + KS3 and caldera IV 6000- 6100 yrs ago; KS4 and caldera III 8700-8800 yrs ago. KSi was the most voluminous eruptio with 18-19 km of pyroclastics and column height reaching 23 km. The volume of produci of KS2 + KS3 was 10-11 km3 and that of KS4, at least 1.5-1.7 km3. Sizes of calderas wer as follows: V - 4 X 6.5 km, IV - 5x5 km, III - presumably 2-3 km across. The juveni pyroclastics were supplied during eruptions rather rhythmically. Each rhythm began wil tephra ejection and completed with the formation of pyroclastic flows. The composition < products varied from andesited to rhyodacites: KS2 and KS4 - andesites dominated, KS3 - dacites and rhyodacites, and KSi - rhyodacites. It is possible that "the mechanism triggering onsets of all caldera-forming eruptions was the intrusion of very hot fresh magma of basi composition and its mixing with less hotter acid magma in the magma chamber existe previously. The eruptions, in accordance with their scales, may have had an impact on clima and ozone layer of the Earth. It is likely that the large acidity peaks in Greenland ice cor* result from these eruptions.
http://repo.kscnet.ru/1113/ [связанный ресурс]
Мелекесцев И.В., Сулержицкий Л.Д., Базанова Л.И., Брайцева О.А. Катастрофические голоценовые лахары Авачинского и Корякского вулканов на Камчатке // Вулканология и сейсмология. 1995. № 4-5. С. 172-181.    Аннотация
Впервые обнаружены, описаны и датированы 14С-методом следы пяти катастрофических лахаров, связанных с субсинхронно происходившими извержениями вулканов Авачинский (сильные эксплозии с большеобъемными выбросами ювепилыюй пирокластики) и Корякский (мощные побочные лавовые излияния). Проведена их реконструкция. 14С-возраст лахаров от 3500 до 3200 лет назад, календарный - от 1900 до 1500 г. до н. э. По силе, степени опасности, интенсивности воздействия на природную среду эти лахары намного превосходили лахары, порожденные историческими (XIX-XX вв.) извержениями обоих вулканов. Ими вызвано, в частности, значительное (на 1-3 км) перемещение к ЮЗ русла крупнейшей водной артерии Юго-Веточной Камчатки - реки Авача в ее нижнем течении.

For the first time, tracks from 5 catastrophic lahars associated with subsynchronously occurring rueptions of the Avachinsky (great explosions with a large volume ejections of juvenile pyroclastics) and Koryaksky (voluminous lateral lava effusions) volcanoes have been found, described and dated by the C-14 method. Their reconstruction has been conducted. The C-14 ages of lahars are from 3500 to 3200 yrs ago, the calendar ages are from 1900 to 1500 BP. These lahars were significantly greater in volume, degree of hazard, and intensity of impact on the natural environment than those triggered by historic (19th - 20th centuries) eruptions from the both volcanoes. In particular, they caused a considerable (1-3 km) SW migration of the Avacha river down-stream channel, the largest waterway in Southern Kamchatka.
Озеров А.Ю. Новое извержение Ключевского вулкана // Природа. 1995. № 3. С. 17-21.
Озеров А.Ю., Арискин A.A., Карпенко С.Ф., Ляликова А.В. Изотопно-геохимические признаки генетического родства базальтов Ключевского и андезитов вулкана Безымянный // XIV симпозиум по геохимии изотопов. 1995.
Озеров А.Ю., Карпов Г.А. Извержение Ключевского вулкана 8 сентября - 2 октября 1994 г. // Вестник ДВО РАН. 1995. № 2. С. 114-119.





 

Рекомендуемые браузеры для просмотра данного сайта: Google Chrome, Mozilla Firefox, Opera, Yandex. Использование другого браузера может повлечь некорректное отображение содержимого веб-страниц.
 
Условия использования материалов и сервисов Геопортала

Copyright © Институт вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, 2010-2019. Пользовательское соглашение.
Любое использование либо копирование материалов или подборки материалов Геопортала может осуществляться лишь с разрешения правообладателя и только при наличии ссылки на geoportal.kscnet.ru
 
©Design: roman@kscnet.ru