Group by:  
Jump to:
Records: 2610
Torsvik T., Paris R., Didenkulova I., Pelinovsky E., Belousov A., Belousova M. Numerical simulation of a tsunami event during the 1996 volcanic eruption in Karymskoye lake, Kamchatka, Russia // Natural Hazards and Earth System Science. 2010. Vol. 10. № 11. P. 2359-2369. doi:10.5194/nhess-10-2359-2010.
Авдейко Г.П., Палуева А.А., Хлебородова О.А. Внутриплитные базальты и адакиты Восточной Камчатки: условия образования // Вестник КРАУНЦ. Серия: Науки о Земле. 2010. Вып. 16. № 2. С. 55-65.
Geodynamic model of alkaline basaltoids with intraplate geochemical characteristics was developed on the base of systematization and analysis their space and time data in the East Kamchatka volcanic arc. The alkaline «intraplate» rocks in the East Kamchatka were formed as a result of partial melting at low degree of an «andersonian» type mantle plume. This mantle plume was generated in the astenosphere beneath the Pacific plate about 400-500 km from the deep sea trench similarly Hirano et al. (2006) flexure model and then was moved to the new forming East Kamchatka subduction zone by mantle convection. Adakites were produced by partial melting of the frontal part of the subducting Pacific plate in the initial stage of subduction. The model explains a short time of the formation of alkaline rocks, and their change by transitional rocks and adakites, and then by typical calk-alkaline rocks, and their position only in the subduction zone jump to the present-day position.
Андреев В.И., Пузанков М.Ю. Вулкан Большая Ипелька - геологические и геохимические особенности // Материалы конференции, посвященной Дню вулканолога. Петропавловск-Камчатский, 30-31 марта 2009 г. Петропавловск-Камчатский: ИВиС ДВО РАН. 2010. С. 85-91. 210 с.
Bolshaya Ipelka is a shield-shaped volcano, the largest among the units of this type in Kamchatka. The most typical mega-plagiophyre volcanites show that Th/U ratio for the rocks is equal to 3.6, though the standard value for Kamchatka Quarternary volcanites comprises about 1.5. The reason of the untypical content and, respectively, the ratio of these components might be oxidation and further migration of uranium. Conditions for this likely occurred in shallow circulating peripheral magma chambers not only at Ipelka, but to less extend at some other volcanoes with mega-plagiophyre variations of magmas.
Викулин А.В., Акманова Д.Р., Осипова Н.А. Вулканизм как индикатор геодинамических процессов // Литосфера. 2010. № 3. С. 5-11.
С целью выявления и изучения особенностей геодинамических процессов, авторами была составлена база, включающая в едином формате все известные данные о землетрясениях и извержениях вулканов планеты за последние 4.5 тыс. и 12 тыс. лет соответственно. С использованием этих данных показано, что энергетические (графики повторяемости) и пространственно-временные (скорости миграции) свойства распределения чисел землетрясений и извержений вулканов являются близкими, что позволяет вулканизм (как сейсмичность и тектонику) рассматривать как индикатор планетарного геодинамического процесса.
Гирина О.А. Конвективная гравитационная дифференциация пирокластики андезитовых вулканов // Литосфера. 2010. № 3. С. 135-144.
The main types of pyroclastic rocks formed during explosive eruptions of andesitic volcanoes are presented in this work. It is shown that their genesis is due to convective gravitational differentiation of pyroclastic masses moving along slope of volcano during explosive eruption.
Гирина О.А., Маневич А.Г., Мельников Д.В., Нуждаев А.А., Ушаков С.В., Коновалова О.А. Активность вулкана Корякский с октября 2008 г. по октябрь 2009 г. по данным KVERT // Материалы конференции, посвященной Дню вулканолога «Современный вулканизм и связанные с ним процессы», Петропавловск-Камчатский, 29-30 марта 2010 г. Петропавловск-Камчатский: ИВиС ДВО РАН. 2010. С. 15-23.
Seismic activity at Koryaksky volcano has started to increase since March 2008. A fumarole on the western flank of the volcano was observed in late October. On 22 December the satellite images revealed first ash plumes drifted NE for 200 km. The increased activity of the volcano was registered in March-April and August 2009. For these periods volcano has produced numerous gas plumes with various amount of ash drifted primarily E and W for 600 km.
Гришин С.Ю., Гирина О.А., Верещага Е.М., Витер И.В. Мощное извержение вулкана Пик Сарычева (Курильские острова, 2009 г.) и его воздействие на растительный покров // Вестник ДВО РАН. 2010. № 3. С. 40-50.
Very powerful eruption of Sarychev Peak volcano (Matua Isl., the Central Kuriles) in June 2009 is examined in the paper. Nature of the eruption and its catastrophic impact on the island ecosystem (using vegetation as an example) are described based on remote sensing data (photos from the space) and ground observations, carried out in summer of 2009.
Гришин С.Ю., Мелекесцев И.В. Лавовые потоки (извержение 2009 г.) вулкана Пик Сарычева (Центральные Курилы) // Вестник КРАУНЦ. Серия: Науки о Земле. 2010. Вып. 15. № 1. С. 232-239.
This paper contains a first brief description for two lava flows from the 12-15 June, 2009 catastrophic eruption produced by Sarychev Peak, Matua Island, the Central Kuriles. Previously this eruption was considered to be explosive. The flows from the eruption are about 2.4 and 2.7 km long and 100 to 150 m wide, in some places they are as wide as 350 m. The flows occupy the territory of 0.8 km2 with lava volume of 10 million km3. They travelled along sector grabens simultaneously with pyroclastic flows burning elder woods and mountain meadows and were partially overlapped by pyroclastics.
Дирксен О.В., Базанова Л.И. Извержение конуса Веер как вулканическое событие периода активизации вулканизма начала нашей эры на Камчатке // Вулканология и сейсмология. 2010. № 6. С. 15-21.
Tephrochronologic studies conducted in the Levaya Avacha River valley helped determine the true age of the Veer cinder cone, which formed approximately in 470 AD (1600 14C BP). These data refute the existing idea that it was generated in 1856. The monogenetic Veer cone should be cancelled from the catalogs of historical eruptions and active volcanoes in Kamchatka. The eruption of this cone was a reflection of the all-Kamchatkan increase in the activity of endogenous processes that occurred in 0–650 AD.
Иванов В.В. Активизация вулкана Корякский (Камчатка) в конце 2008 – начале 2009 гг.: оценки выноса тепла и водного флюида, концептуальная модель подъема магмы и прогноз развития активизации // Материалы конференции, посвященной Дню вулканолога. Петропавловск-Камчатский, 30-31 марта 2009 г. Петропавловск-Камчатский: ИВиС ДВО РАН. 2010. С. 24-38.